Да что бандура! У ручных орга́нов, и у тех сами собой вертелись ручки, и перед глазами у старика-хозяина все пошло ходуном: «Что ж это за инкогнито такое, этот молодой человек? А может, и вовсе не инкогнито, а просто странствующий дворянин Глинка, только и всего?»

Но гость, будто подслушав стариковы сомнения, снова сел за фортепиано. Этот молодой человек опять играл, как Гуммель и Фильд, взятые вместе! Старик пришел было к окончательному убеждению, что чудесные инкогнито хотя и очень редко, но все же появляются в музыкальных лавках, а коварный инкогнито как раз в это время стал прощаться.

Став у двери, в которую ушел гость, Елена долго всматривалась в темноту.

– Отец! – сказала она. – Какой он замечательный артист!

– Артист? – откликнулся возмущенный старик. – Хорош артист! Ему бог музыку заповедал, а он мне медведя на ярмарке показывает!

Суровый старик был не прав. Гость, точно, представил Елене многие сцены, но никаких медведей не показывал. Однако надо же было на чем-нибудь сорвать гнев.

Но дочь подошла к нему и обняла его.

– Ах, тату, тату, – сказала она, – тебе бы только спорить!

Но старик не спорил.

– Как ты думаешь, может быть, завтра он опять придет?