* * *
19 Мая. Корниловъ и Кругловъ исполнили свое обѣщаніе: пришли вмѣстѣ. Они были пьяны или, какъ они выразились, подъ рюмкой. Но отъ этого они мнѣ были еще болѣе милы. Пришедши, они заявили, чтобъ я сегодня съ ними не шутила, а то ирибьютъ меня. "Безъ предисловій", произнесъ Корниловъ. Я хотѣла ихъ подразнить и напустила на себя, какъ они говорятъ, сурьезъ, но они чуть ли не въ звѣрей превратились, и я должна была уступить. Передъ уходомъ они разсказали, что скоро уѣзжаютъ на каникулы въ провинцію, что передъ отъѣздомъ они устроятъ пирушку, на которую меня уже пригласили. "Не безпокойтесь, говорилъ Корниловъ, мы васъ въ надежныя руки передалимъ". Станетъ немного скучно, когда они уѣдутъ. Опять потянутся скучные сѣрые дни. Но... Нечего тужить пока. Увидимъ раньше, въ какія такія надежныя руки они меня передадутъ.
* * *
22 Мая. Сегодня пришелъ Кругловъ вручить мнѣ адресъ дома, въ которомъ имѣетъ состояться вечерника. При этомъ онъ принесъ мнѣ первые 5 томовъ "Современнаго Міра" -- Впервые буду читать такой толстый журналъ,-- въ которомъ напечатанъ разсказъ Арцыбашева "Санинъ". Этотъ разсказъ Кругловъ превозносилъ прямо до небесъ. "Такъ какъ на вечеринкѣ, говорилъ онъ, будетъ много разговору объ этомъ трудѣ уважаемаго всѣмъ нашимъ кружкомъ г. Арцыбашева, то, чтобы имѣть возможность не быть внѣ спора, прочтите. Это колоссальное произведеніе, которое проливаетъ очень яркій свѣтъ во всѣ темные углы нашей жизни. Въ немъ указаны самые вѣрные и надежные пути, по которымъ должно двигаться человѣчество въ стремленіи къ счастью и блаженству. Какъ огненный столбъ освѣщалъ когда-то путь евреевъ изъ Египта въ Землю обѣтованную, такъ Санинъ освѣтитъ тотъ трудный путь, который совершитъ, если еще не совершаетъ, человѣчество изъ сего міра пустоты, изъ міра, усѣяннаго дернами морали и колючками нравственности, изъ міра, который различными долгами, какъ рыбачьими сѣтями, опутываетъ человѣческую личность и его инстинкты,-- изъ этого міра въ міръ полной свободы человѣческихъ инстинктовъ въ міръ, гдѣ нѣтъ ни долга, ни нравственности, ни морали". Онъ еще многое говорилъ о Санинѣ и совѣтовалъ ни одной строчки не пропустить. Потомъ онъ, посидѣвъ еще немного и побаловавшись, ушелъ очень довольный.
* * *
25 Мая. Сегодня я прочла этотъ дивный, очаровательный разсказъ. Что за сила, что за мощь въ этомъ Санинѣ! Вѣдь это Богъ, которому мы всѣ должны кланяться въ ноги. Я нѣкоторыя мѣста читала по нѣскольку разъ, подчеркивала, заучивала наизусть. "Санинъ" долженъ сдѣлаться карманной книгой всякаго человѣка, ищущаго счастья и наслажденій,-- вѣдь онъ даетъ отвѣты положительно на всѣ вопросы, которые могутъ быть вызваны жизнью. Это -- нашъ пророкъ, нашъ Илья, нашъ Мессія, который явился для того, чтобы закрыть рты всѣмъ кислымъ идеалистамъ и идеалисткамъ, безобразящимъ и гадящимъ красивую жизнь,-- пророкъ, который вызоветъ къ еще большей кипучей дѣятельности наши молодыя силы. Какая геніальность! "Если-бы погибла женская молодость, въ свѣтѣ стало-бы, какъ въ могилѣ" -- сколько правды, красоты въ этихъ словахъ! 0. если теперь наши дѣвы бальзаковскаго возраста станутъ трещать о своихъ этикахъ, то я имъ прямо отвѣчу словами Санина "Жить надо только тому, кто въ самой жизни видитъ что-то пріятное", и онѣ должны будутъ замолчать.-- Если станутъ онѣ величаться своими идеалами провозглашать ихъ и ставить себя выше меня, то я имъ покажу "Санина", и онѣ будутъ постыдно прижаты къ стѣнкѣ. "Санину вдругъ страшно стало, что эта красивая, солнечная молодая женщина, способная дать счастье многимъ людямъ, уйдетъ въ безсмысленную пустоту". Такъ это я и мнѣ подобныя способны дать счастье людямъ, а онѣ? Онѣ -- пустота да еще безсмысленная. Я способна дать счастье, я -- соль земли, я -- центръ вселенной,-- какъ это мило! Я зачитывалась этимъ произведеніемъ.
Вѣдь я и раньше такъ думала о жизни и людяхъ, но Санинъ укрѣпилъ все то, что держалось шатко. Я теперь сознала свою цѣнность, я выросла въ собственныхъ глазахъ. Бывало, не замѣтно для меня самой, въ душу попадали искорки сомнѣнія, бывало, я думала, что я -- одна такая и порицала себя, но теперь Санинъ открылъ мнѣ глаза на все. Онъ прямо и ясно доказалъ, что только въ моихъ поступкахъ весь смыслъ и интересъ жизни. И какой онъ талантъ этотъ Арцыбашевъ! II. художественная красота, и философская выдержка -- прямо прелесть! Ахъ, я совсѣмъ забыла, вѣдь пора уже на вечеринку и надо скорѣе одѣваться. Но я не могу оставить дневникъ, не высказавъ горячей душевной благодарности Арцыбашеву. Ахъ, если-бъ онъ былъ здѣсь! Я пошла-бы къ нему, обнимала-бы, цѣловала-бы, доставила бы ему такъ много наслажденій. И представляю себѣ, какъ мнѣ было-бы пріятно изворачиваться въ объятіяхъ Санина. То-бы жизнь была! Но это вѣдь мечта. Благодарю тебя, дорогой Арцыбашка! Я хоть мысленно цѣлую тебя, милый Санинекъ! А теперь пойду искать подобнаго тебѣ.
* * *
29 Мая. Сегодня мои зубодралки объявили мнѣ оффиціальный бойкотъ. Поводомъ, говорятъ онѣ, послужила вечеринка, о которой въ городѣ разсуждаютъ, какъ о дикой оргіи развратниковъ, у которыхъ звѣрскія страсти вышли якобы за предѣлы понимаемоети. Я, конечно, разсмѣялась и больше ничего. Стану я считаться съ такой мелюзгой. Онѣ говорятъ: я пала,-- пусть. Но Санинъ оправдываетъ это. Онъ прямо утверждаетъ, что "въ паденіи Лиды была страсть, поэзія силы и смѣлости, что "поступокъ ея не только естественъ, но и хорошъ, ибо онъ никому не причинялъ зла, а ей и другому человѣку далъ наслажденіе". И дѣйствительно. Я была отважна, смѣла! Я прямо пошла къ источнику, смѣло сдвинула камень и напѣлась. А онѣ? онѣ -- жалкія трусишки. Мнѣ объявили бойкотъ старыя дѣвы -- смѣшно ей Богу. Какъ будто я искала или хотѣла ихъ общества. Съ Волинскимъ и другими студенты тоже окончательно перестали раскланиваться, ихъ тоже избѣгаютъ, но, какъ я на моихъ кислятинъ, такъ они на своихъ студентовъ только плевать хотѣли. У насъ свой тѣсный кружокъ,-- зачѣмъ много? Мы будемъ жить лучше другихъ. Они намъ будутъ завидовать, не мы -- имъ. Они намъ потомъ руки протянута и насъ будутъ просить извиненія, не мы -- ихъ. Вотъ сегодня придетъ Волинскій съ компаніей. Будемъ вслухъ "Санина" читать. Волынскій обѣщалъ больніе не хихикать и носъ не скручивать въ складки. Они говорили, что принесутъ шампанское. То-то весело будетъ, то-то жизнь будетъ кипѣть. Мужчины будутъ горячиться -- ахъ, какъ пріятно, когда мужчина горячится -- нервы будутъ бурлить, страсти будутъ подыматься, и будетъ такъ хорошо, такъ хорошо.
* * *