— Это наш помпохоз поехал за чистым бельем.
Полковник, стоявший за его спиной, удивился и вопросительно посмотрел на капитана. Тот пожал плечами: «Ничего, мол, особенного», но все-таки спросил у Погудина:
— Ну-ка, признайся, только честно: разглядел машину за столько километров, или просто так — предположение?
— Почему предположение? — Николай даже чуть-чуть обиделся. — Видно же, как шофер ведет ее рывками на подъемах. Сейчас у помпохоза за рулем сидит Яша Крюков, из молодого пополнения. Он еще не приловчился скорости переключать, как следует.
— Наблюдательный! — не удержался полковник.
Иван Федосеевич вытащил часы, взглянул на них и, щелкнув крышкой, подтвердил:
— Да, по времени должен быть помпохоз: он сегодня мытье обеспечивает… Эх, и попаримся! — Он потянулся так, что хрустнули кости. — Вы видели, товарищ полковник, какую мы у себя в батальоне баню соорудили? Настоящая, уральская!
— Видел и собираюсь пойти помыться как-нибудь.
Все трое перешли на противоположную сторону. На запад от за́мка лежал небольшой городок, совершенно разрушенный. Когда происходило сражение за плацдарм, он несколько раз переходил из рук в руки. Сверху его руины казались свалкой мусора.
За городом поднималась цепь высоких холмов, изрытых окопами. По ним проходила линия фронта. На восточных скатах, которые были как на ладони, занимала оборону гвардейская пехота с артиллерией. На противоположном склоне — позиции противника. Из-за холмов высовывалась далекая башня, островерхая, со шпилем, почти такая же, как у за́мка, где были сейчас офицеры.