— Тут что-то не так, — усомнился комбриг. — А? Иван Федосеевич, как ты думаешь?
Капитан Фомин пытливо глянул на Николая, потом на Семенова.
— Конечно не так. Ну-ка, докладывайте.
— Разрешите мне, — Николай выступил вперед. — Сказать по правде, я ничего не понимаю, что с Малковым. — Он рассказал все происшедшее за ночь и добавил: — Может быть, я виноват, что изменил его замысел, что танки встали в засаду, а не вышли из города. А может быть, он попросту струсил?
Фомин сказал строго:
— Разве Малков трус? По-моему, нет. Хорошо, что вы столько немецких танков переколошматили. А если б противник уничтожил все наши танки? Кто был бы виноват? А?
— Я, — ответил Николай и с тревогой посмотрел на командира бригады.
Полковник посмеивался: он был очень доволен результатом боя и решил в остальном разобраться после.
— Молодцы! Воюют себе, а я потихоньку еду и не знаю. Малкова вызывал, вызывал, а он разведочкой занимается. Кто ж за него? Этот разгром кто учинил?
— Гвардии лейтенант Семенов, — предупредил Николай.