— Что это за книга?
— Некрасов, «Русские женщины». Читали?
Николай кивнул. Соня оживленно продолжала:
— Какие бывают на свете сильные люди. Правда? И как любили раньше.
— Раньше? — протянул он, перелистывая страницы и не глядя на них.
Девушка склонила голову. Темнорусые волосы упали ей на лицо. Она смахнула их в сторону и отвернулась. Потом поспешно встала. Что-то хотела ответить, но не сказала. Сорвала ветку акации и начала обрывать набухшие душистые почки.
— Смотрите, вот-вот распустятся… Скоро будут цветы… Да, я и забыла! Сегодня вечером в клубе кино. Вы будете? Мне сегодня обмундирование выдать обещали.
— Обязательно буду. А ты? Пойдем вместе, — предложил он.
Они снова помолчали. Люди, привыкшие каждый день воевать вместе со всеми, идя навстречу опасностям, преградам, работать до того, что усталость сваливает с ног, чувствовали себя неловко в спокойной обстановке тихого сада, залитого солнцем.
Каждый ясно представлял, что может быть сейчас бригада ведет бой, что там друзья и товарищи, до предела напрягая силы своих нервов и мускулов, бьются, удерживая взятое до подхода своих. А они сидят здесь на скамеечке под акациями и дышат мирным воздухом весны. Но сознание законного права раненого в бою разрешало думать о постороннем, о том, о чем не приходилось говорить на передовой.