«Представь себе, что прибор совершенно готов! — отвечает Петя. — Нужно сказать, работали мы все не покладая рук. Да ты сам вчера ночью слышал мою пластинку… Это уже производилась регулировка.
Устройство прибора очень несложное, — продолжает Петя. — Специальный электрический коммутатор по строго рассчитанному времени произведет включение электрозапалов у различных зарядов взрывчатки, заключенных в резонансные камеры. Благодаря этому должен получиться не один взрыв, а ряд быстро идущих один за другим. Все сольется в мощный звук, точно такой, как у меня зафиксировано на пластинке. И если тот самолет действительно погиб от звука, то и другие, такой же конструкции, возможно, последуют за ним. Но вот что я тебе должен сказать…»
Петя сделался необыкновенно серьезным и говорит мне уже шепотом:
«Есть в приборе, по-моему, некоторые неясности… Выдержит ли нагрузку отражатель, предназначенный для направления звуковой волны кверху? Достаточно ли крепки перегородки, отделяющие одну резонансную камеру от другой? Ну и еще разные мелочи… Ты понимаешь, машина вообще рассчитана на воспроизведение по крайней мере двухсот звуковых «выстрелов». Но вот самый первый меня сильно беспокоит… Богуцкий и слышать не хочет о том, чтобы в нашей работе приняли участие еще какие-нибудь люди. В последнее время он даже ко мне стал относиться пренебрежительно. Все время умаляет значение моей пластинки, уверяет, что можно было обойтись и без нее и конструировать задуманную машину на основе одних математических расчетов.
Я нисколько не обижаюсь на него и согласен с тем, чтобы о моем участии даже не знали, лишь бы прибор действительно стал работать, — говорит Петя. — Если бы моя помощь как механика в настоящее время не была нужна, то я давно бы оставил его в покое. Но ты понимаешь, им там без меня будет все-таки трудно…
А нужно было бы пригласить на помощь еще некоторых специалистов. Следовало бы поставить это дело шире.
Ты понимаешь, он собирается все это преподнести сюрпризом. Это уж никуда не годится. Он, конечно, стремится принести нашей родине пользу, и не маленькую. Но нельзя его оставлять одного, без хорошего товарищеского коллектива. Два сотрудника, работающих с ним, тоже начинают понимать, что такую ответственную работу так вести нельзя. Вот сегодня ночью…»
Здесь Петя остановился на полуслове, стал прислушиваться и вдруг побледнел.
«Что с тобой?» спрашиваю его.
«Разве не слышишь: воздушная тревога!»