— А знаете ли вы, что тех улик, которые есть против вас, вполне достаточно для суда, чтобы осудить вас? — спросил он холодно.
— Знаю, батюшка, знаю, отец родной! — с тоской воскликнул кучер. — Неспроста тут все делается! Видно, лукавый замешался в это дело, потому что человеку не сделать так!
— А кто был вашим помощником?
— Каким помощником? — удивленно спросил Никита.
— Не притворяйтесь! Мне известно, что у вас был помощник, и даже известно, где он сидел. Этот помощник уже арестован и сознался во всем. Вас же я спрашиваю о нем специально для того, чтобы проверить, насколько вы умеете запираться. Ну?
Физиономия Никиты, при этих словах, сделалась совершенно растерянной.
— Сознался?.. мой помощник?.. — забормотал он. — Господи! Да кто же это?
— Не знаешь? — спросил строго Пинкертон, переходя на «ты».
— Не знаю, барин!
— Ну, так ладно! Ты это узнаешь на суде! Значит, ты решительно отказываешься от всего?