— Никак нет. Коли сел на конь, ставь свою голову на кон! Нашего полка поговорка! — ответил, улыбаясь, Следопыт. Кругом послышался одобрительный смешок.
— Парнишка-то перец! — сказал кто-то.
— Прежде отца в петлю лезть готов!
— Аи да мы!
— Ступай! — коротко приказал командир. Макар не дождался повторения этого приказа и быстро скрылся в непроницаемой тьме.
Он шагом подобрался к огоньку, насколько было возможно; затем спрыгнул с лошади, закинул повод за сучок ближайшего дерева, а сам, пригнувшись к земле, пошел дальше. Очень скоро он различил одинокую хижину лесника; огонек светился из ее окна. По фырканью и постукиванью копыт Макар догадался, что около хижины стоит несколько лошадей, и вскоре заметил неподалеку красную точку — огонь цыгарки; вероятно курил часовой. Тогда Следопыт обогнул хижину и подполз к заднему ее окошку. Тихо привстав, он заглянул внутрь.
В хате сидело и лежало человек двадцать офицеров. Трое из них стояли, наклонившись над столом, на котором виднелась карта. Что-то знакомое в одном из них поразило Макара. Он начал припоминать, где встречал раньше эти светло-русые, гладко причесанные волосы; вдруг офицер поднял голову и быстро взглянул на окно: должно быть он почувствовал взгляд Макара. И в ту же минуту мальчик узнал в нем Юрия Балдыбаева, помещикова сына. Здорово, старый знакомый! Давно ли опять на фронте? А где-то теперь Любочка, с которой так нежно расстался в корчме Следопыт?… Но к делу!
Макар торопливо начал подсчитывать, сколько офицеров в комнате, как вдруг неожиданный выстрел где-то рядом заставил его шлепнуться на землю. В темноте, как буря, промчалось несколько всадников. Быстрые молнии выстрелов замелькали и там, где притаились разведчики. Из хижины с криком выбежали офицеры. Грохнули винтовки и здесь.
Макар лежал неподвижно, прильнув беем телом к земле. «Попался! Конец!» — вихрем пронеслось у него в голове. — «Какая неудача! На первой же разведке попасться в плен!» Бедный Следопыт весь дрожал от досады и негодованья.
Но то, что, казалось бы, должно было стать для него гибельным, явилось его спасеньем: белые заметили команду, но прозевали мальчика под самым своим носом. Перестрелка, все удаляясь, замерла в отдаленье; Макар понял, что и враги, и друзья ускакали, а он остался один-одинешенек в непроглядно-темном лесу, полном неприятельских дозоров и караулов.