— В этот нам, стало быть, и садиться, — решил Следопыт и уже приготовился было прыгать на площадку, когда его остановил Егор.
— А билеты?
— Какие такие билеты?
— Эх, деревня! — укоризненно сказал Сморчок. — Ведь за проезд надо деньги платить; если мы с тобой даром зайцами сядем, так нас живо высадят, и никуда мы не доедем.
— Ну что ж! — воскликнул Макар. — У меня деньги есть, командарм дал на этот случай. Идем.
Они сбегали в кассу и купили билет до города Харцызска, где, по словам командарма, жил теперь Мартын. Расположившись в вагоне третьего класса на верхней полке, Макар громко дивился:
— Ишь ты, словно целый дом на колесах! Тут тебе и кровать, тут тебе и стол! Никогда этаким барином ездить не приходилось!
— А мне не впервой, — отозвался Егорка. — Я сколько раз катался, когда тятька в машинистах служил… А теперь давай-ка, брат, закусывать: животики подвело.
Ребята достали свои незамысловатые харчи — черный хлеб, сало, сушеную воблу и принялись завтракать. Вокруг них шли оживленные разговоры, и когда Макар прислушался, он несколько раз уловил слово «Махно», носившееся из одного конца вагона в другой.
— Этот мерзавец, этот бандит добровольцам всю музыку испортит! — горячился сидевший напротив ребят свиномордый купец. — Подумать только, в тылу армии вспыхивает такое восстание! Железные дороги не работают, склады снарядов взлетают на воздух, бандитами взят Екатеринослав. Подумайте — целый губернский город!