Вспыхнула спичка, и Макар увидел неподалеку от себя сгорбленного седенького старичка с длинной бородой; старичок был одет в долгополую серую свитку, на голове у него была барашковая шапка, а через плечо висело что-то круглое, чего не успел как следует разглядеть Макар за то время, пока горела спичка.
— Э, да ты совсем маленький, — сказал старичок успокоенным голосом.
— А ты совсем старенький! — дерзко ответил Макар. — Вот постой, я тебя сейчас вздую за то, что ты меня душил. Хорошо, что тыква под руку подвернулась.
— Да, брат, тыква твоя увесистая. Вон, какая шишка у меня вскочила. Так что мы с тобой квиты.
— А квиты, так и не ворчи, — сказал Макар. Он храбрился, но ему было страшновато. — Ты кто такой будешь?
Старик помолчал минутку, и мальчику показалось, что он хихикнул. Ему стало совсем страшно. Бабьи сказки про домовых и чертей сразу вспомнились бедняге. Да и было от чего струхнуть: наверху продолжала бушевать буря снарядов и пуль; взрывы гранат потрясали землю; в открытую дверь погреба проникали отблески пожара, заменившие сумерки летнего вечера. А здесь, в сырой темноте незнакомого погреба, — какой-то седой старичок, с виду похожий на самого заправского домового, да еще с какой-то диковинной штукой на спине! Мурашки побежали по спине у Макарки, и ему пришлось вспомнить все самые удалые рассказы про индейцев и про храброго Следопыта, чтобы взять себя в руки и побороть свой страх.
— Кто я такой? — переспросил старичок и снова хихикнул. — А ты как думаешь? Думаешь, не чорт ли я? Да?
— Ну тебя, дурак! — ответил Макар сердито, но сам еще теснее прижался к Дружку и невольно застучал зубами. — Перестань говорить к ночи такие слова!
— Да неужто ты еще веришь в чорта? — удивился старичок.
— Отвяжись ты! — крикнул Макар.