— Душа? — странным голосом переспросил в темноте бандурист. — Ну, брат, убить меня не так-то легко!
И опять Макарке стало как-то не по себе: чудной этот бандурист какой-то, особенный. И говорит он как-то по-нездешнему.
— Отчего тебя нелегко убить? — не своим голосом спросил мальчик.
— Стар я стал, жиловат, — засмеялся старичок в темноте, — не ухватишься!.. А впрочем, малый, что нам о таких страстях говорить? Садись-ка поближе, давай огурцами закусывать.
— Ну тебя! Ты чудной! — сказал Макар. — Может ты только прикинулся бандуристом…
— А на самом деле чорт? — хохотал старичок. — Э, брось, Макарий. Вот гляди на меня.
И он опять зажег спичку. Макар увидел доброе старческое лицо, пушистую седую бороду, ласковые глаза, лукаво смотревшие на него.
И впрямь страшного нет ничего! Он перебрался к старику и сразу вспомнил, что не докончил свой ужин. Взяв соленый огурец из опрокинутой кадки, он сочно захрустел им и протянул деду остаток своего каравая.
— На, дедушка, закуси.
— Спасибо, милый, — ответил тот. — Рассказывай теперь ты мне, кто ты такой и как сюда попал.