— Это что за штука?
— Машина такая. Перво-наперво, есть в автомобиле бак с бензином; бензин течет по трубке, попадает в цилиндр: цилиндр — это такая штука в роде круглой чугунной банки; по ней взад-вперед ходит поршень. Вот смотри, я тебе нарисую. — И Егорка, взяв сучок, начертил на земле рисунок. — Если бы взять этот цилиндр, круглую банку, да разрезать его сверху донизу пополам, можно было бы увидать все, что внутри него делается. Видишь — поршень: это круг, он плотно прилегает к стенкам цилиндра; к этому кругу приделана палка — шатун; она тянется к валу, на который надеты колеса. Видишь, бензин по трубке каплет в цилиндр. Как только он туда попадет, электрическая машинка высечет искру, от искры бензин вспыхнет и будет взрыв в цилиндре; взрыв ударит в поршень, поршень подвинется вправо и повернет вал. Потом еще взрыв, еще и еще. Так бегает поршень взад — вперед, взад — вперед по цилиндру и вертит вал, а вал крутит колеса автомобиля — и автомобиль едет. Просто?
— Совсем просто. А я думал — нивесть какая в нем сила сидит. Стало быть и трещит автомобиль оттого, что в нем внутри взрывается бензин?
— Понятное дело, оттого и трещит. Иной раз, когда глушитель испортится, словно из ружья выпалит…
В таких разговорах незаметно подошел полдень, потом день начал клониться к вечеру. Дружок все еще не возвращался, и Макар не на шутку стал беспокоиться о его судьбе.
— Эх, изловили видно собаку! — вздохнул он. — И шапка пропала, и пес: зря я его послал!
Соскучившись сидеть на месте, ребята прошли к Днепру и искупались. Они долго брызгались и шалили в воде, пока солнце не закатилось, и от реки повеяло не вечерней свежестью. Тогда они вылезли и принялись обсуждать план дальнейшего путешествия.
— Ждать Дружка больше нечего, — говорил грустно Макар. — Он бы давно вернулся. Время тоже пропускать нельзя. Пойдем, хоть на словах расскажем красным, что Мартын благополучно добрался в город. Поверят нам или нет, возьмут нас в разведчики, или нет, — там видно будет.
— Нам надо разделиться, — сказал Егор. — Одного поймают — другой доберется. Хорошо бы вплавь по Днепру пуститься.
— Ну, что же! Ты плыви, а я пешком пойду: мне надо след на земле оставить, чтобы Дружок смог меня сыскать.