Она взглянула на него, она прочла на лицѣ его гнѣвъ и досаду, она поняла съ замираніемъ сердца, что значитъ этотъ гнѣвъ и досада.
— Отчего вы не легли спать до сихъ поръ? — спросилъ онъ грубо.
— Я дожидалась тебя, я хотѣла…
— Дожидаться меня? — Ну, а если бы я не могъ быть домой до утра? Вы все дожидались бы меня?
Онъ засмѣялся.
— Я хотѣла сообщить тебѣ мою радость, Вольдемаръ: знаешь ли что? Я получила письмо отъ матушки…
И она устремила на него свой ангельскій взоръ, и она слѣдила, какое впечатлѣніе произведутъ эти слова на лицѣ его.
Онъ нахмурилъ брови, отвернулся и сталъ ходить поперекъ комнаты.
— Какъ, она будетъ сейчасъ, теперь, скоро? — говорилъ онъ прерывисто… — Зачѣмъ? что ей угодно здѣсь?
Слезы выступили на глазахъ бѣдной женщины, но она скрыла ихъ.