Улица des Partans началась узкой, крутой тропинкой между буграми и рытвинами свалочного поля.
— Однако это здорово далеко, — сказал Буиссон. — А что, если вот тут, а?
Все остановились, разглядывая местность.
— Дойдемте уж до конца, — ласково сказал Джеккер. — Все равно вам итти до парка.
Он поспешно двинулся первым.
Молча свернули на Китайскую улицу. Парк открывался верхушками худых тополей в самом конце ее. Показались первые фигуры людей.
Отсюда, с холма, катилось вниз, на город, утро. Дождь вобрал в себя солнце, как краску, и шел разноцветной массой — то желтой, то серой, то блестящей, как свежие медные опилки.
— Ну, вот тут, — сказал Либертон и показал на канаву, прикорнувшую между улицей и стеной.
— Спускайтесь, — распорядился Клавье.
Джеккер сдернул пальто и неумело, чуть раскорячась, сбежал на мокрое дно ямы.