Лейтенант встал во весь рост, махнул наганом. Все давно ждали его знака и так закричали, что голоса слышны стали поверх выстрелов. И бросились к высоте.
Осталось до нее метров шестьдесят — семьдесят.
Финны забегали туда-сюда, становились на лыжи, лезли на деревья, стреляли друг в друга, а некоторые лежа поднимали вверх руки.
Тут лейтенанта ранило.
— Не вовремя! — стукнул рукой по столу инженер.
— Тсс! Ранят всегда не вовремя. Ну-ну… — и танкист поднял руку, чтобы никто не мешал рассказчику.
Тут лейтенант упал. Нога в крови. Колено. Подняли его на носилки, а он: «Подтяните провод ко мне. Опустите носилки. Продолжаю командовать».
Из штаба позвонили, спросили относительно обстановки. «Ничего, — говорит, — идем вверх, я вот только ранен в ногу, но сил хватит».
И стал говорить с ротами.
Сил-то, может быть, и хватило бы, а движения нет. Обороной еще можно лежа руководить, а атаку с носилок не управишь.