Скачут домой, на Русь. У реки останавливаются на привал. Александр разгорячен, взволнован. Пелгусий говорит ему:
— Ну, князь, не думал я — не гадал, что так дело повернется. С победой тебя, князь! Великая честь ханом тебе оказана!
Александр снимает шлем.
— Зачерпни воды напиться, — говорит он Михалке.
И жадно пьет холодную воду, отвечая Пелгусию:
— Злее зла, брат ты мой, честь татарская!
— Нехороша, однако, вода, дурна. Он выплескивает ее из шлема, не допив. И — на коней.
— Скорей на Русь! — говорит Александр. — Русь лежмя лежит, поднять надо на ноги!
Тянутся реки, бегут поля. Осень. Великая грязь затрудняет путь. Разоренные села, нескошенные нивы, голодные псы, кости древних сражений — так начинается Русь.
Александр и свита его снимают шлемы, проезжая мимо боевых останков.