Тропинку замело. Пробирались наугад. Буря усилилась, поднялся снежный буран. Темнота от туч переходила в ночь.
Путники погоняли лошадей, чтобы до ночи выбраться из ледника. Киргиз уверял, что до конца снега осталось не больше километра.
Вдруг Чубарый остановился. Отец тронул поводья, раз, другой — он ни с места; ударил нагайкой — он дернулся было вперед, но опять заартачился и сделал движение в сторону.
Отец пришел в бешенство. Он размахнулся и изо всей силы вытянул лошадь по голове.
Чубарый вздыбился, сделал громадный прыжок…
Что произошло в следующий момент, отец не мог сообразить. Он вылетел из седла и грохнулся о лед.
То место, куда Чубарка отказался итти, было фирновым мостом[9]. Между скал намело снегу. Он перекинулся с края на край и сверху заледенел корой. Все как будто крепко и прочно. Но где-нибудь внизу, на большой глубине, пустота, сводчатая пещера.
Когда Чубарый прыгнул и всею тяжестью опустился на передние ноги, лед не выдержал, проломился. Конь провалился по самое брюхо. Он сделал усилие и прыгнул еще. Передние ноги высвободились, но задние увязли глубже.
Он отчаянно забился, стал кидаться в разные стороны, расшевелил всю массу снега. И вот неожиданно вся лавина тронулась с места. Всею тяжестью наперла она на несчастного коня. Чубарый тоскливо, словно прощаясь с жизнью, заржал. Кровь хлынула у негр из горла…
И так, стоя на задних ногах, полураздавленный, с гривой, дыбом поднявшейся над его измученной мордой, он стал медленно опускаться в пропасть.