Потом Наташа приставала с расспросами:
— Что это было у Чубарки? Болело у него что? Папа говорил — укор у него какой-то.
— Укор совести, — поправила ее Юля. — Нет, просто легкое у него одно сгнило. Он примерз боком к стенке ледника, — оно и простудилось. А потом вовсе сгнило.
— А укор?
— Ну, что — укор? Что ты повторяешь чужие слова? Соня! А Соня! Разве укор совести — болезнь?
— Конечно, болезнь. Еще как страдают от этого.
— И Чубарка тоже страдает?
— Кто?
— Чубарка.
— Тьфу, дуры какие.