Скоро тигрица куда-то скрылась. А тигр ушел за перевал и больше не возвращался.
Охотник со дня на день ждал отца. Он обшарил все окрестности, стараясь отыскать тигрицу. И вот раз он наткнулся на свежие следы. Они шли по песку и спускались к реке.
Охотник притаился в кустах и оттуда внимательно оглядел прибрежный камыш. Вдруг на другой стороне он увидел тигрицу. Она осторожно пробиралась в зарослях и несла в зубах что-то тяжелое. Потом бросила свою ношу, переплыла реку, прошла мимо охотника и на виду у него стала удаляться. Старый охотник живо смекнул, в чем дело. Он ударил свою лошаденку, но вместо того, чтобы гнаться за тигрицей, поспешил к тому месту, где она что-то оставила.
Он правильно рассчитал: в густом камыше, тесно прижавшись друг к дружке, сидели два маленьких тигренка.
Охотник сгреб их за шиворот, сунул в переметные сумы — коржуны — и сел в седло. Тигрята пищали, барахтались и вылезали из мешков. Казак только плотнее прижимал коленями мешки и знай нахлестывал свою клячонку.
Он хорошо понимал, какая ему грозит опасность, если тигрица бросится в погоню. Ведь она в несколько прыжков догнала бы и убила и усталую лошаденку и похитителя тигрят. На ружье у казака тоже было мало надежды. Оно было очень старинное, заржавленное, ствол у него давно разболтался и был тряпочкой привязан к ложу.
И вот с таким замечательным конем и оружием этот бесстрашный охотник рискнул увезти детей у матери-тигрицы.
Примчавшись в аул, охотник стал думать, как уберечься от ярости тигрицы. В это время подоспел отец с другими охотниками. Тигрят спрятали в одну из юрт. Вокруг аула разбросали отравленные куски мяса и разожгли огромные костры.
В ту же ночь тигрица явилась в аул. С диким рыканием металась она вокруг жалкой группы юрт, но огонь внушает зверям такой страх, что она так и не решилась ворваться за пылающую черту.