- До самой могилы сохраню его, - ответил Аггей Никитич, - и скажу даже больше того: вы и ваш супруг мне тоже кажетесь такими, - извините меня за откровенность, - я солдат, и душа у меня всегда была нараспашку!
- Благодарю вас за комплимент, - сказала gnadige Frau, несколько потупляясь.
- Нет-с, это не комплимент, - возразил с настойчивостью Аггей Никитич.
- И я тоже думаю, что не комплимент, - подхватил Сверстов, - и прямо вам скажу, господин почтмейстер, вы не ошиблись мы с женой такие же!
- И Пилецкий, должно быть, такой же? - подхватил Аггей Никитич.
Gnadige Frau замедлила ответом, но Сверстов, не задумавшись, решил:
- Такой же!
- Но меня в нем одно удивляет, - продолжал Аггей Никитич, - он, ехав со мной сюда, рассказал мне, что есть дружеские кружки каких-то скачущих, прыгающих, и я думаю, что он сам был в этом кружке.
- Это galopants![170] - перевела gnadige Frau.
- Стало быть, существуют такие кружки? - спросил как бы все еще находившийся в сомнении Аггей Никитич.