- Зато он все веселится, - отвечал Бегушев.
По такому ответу граф Хвостиков очень хорошо понял, что большого толку не будет из того объяснения, которое он и Долгов предположили иметь с Бегушевым.
- Дело вот в чем, - продолжал Долгов, даже не слыхавший слов Бегушева. - Я к вам с одним серьезным предложением...
Бегушев молчал.
- Согласитесь, что в России... теперь это можно сказать... время глупых увлечений печатным словом прошло... в России нет настоящей, русской газеты.
Бегушев взмахнул на Долгова глазами и проговорил:
- А какие же они у нас?.. Французские, что ли?
- Конечно, не французские, - отвечал тот, - но я хочу этим сказать, что хорошей газеты у нас нет ни одной: один издатель похож на лавочника, который сидит с своими молодцами и торгует... Другой, как флюгер, становится под ветер и каждый год меняет свое направление... Третий - какой-то поп... Четвертый в шовинизм ударился, - словом, настоящей, честной газеты нет!
- А вы думаете, что есть где-нибудь такая? - спросил Бегушев.
- Да те же французские газеты! - воскликнул Долгов. - Я беру газету и понимаю, что это орган клерикалов, это - легитимистов...