- Сказал, что все у них мирно.
- Что еще потом он тебе говорил об этом?
- Да я не расспрашивала его особенно много... Пошли, я тебе говорю, за ним и сам расспроси его.
Князь размышлял некоторое время.
- Тут одно неудобство - совершенно постороннего человека посвящать в подобные интимные вещи... - проговорил он.
- Какие же это интимные вещи, о которых все, я думаю, знают? возразила Елена.
Князь еще, однако, подумал немного; потом, видно, решившись, довольно сильно позвонил. Явился лакей.
- Поди к господину Жуквичу, - начал он приказывать лакею и при этом назвал улицу и гостиницу, где жил Жуквич, - и попроси его пожаловать ко мне, так как мне нужно его видеть по весьма важному делу.
У Елены в продолжение этого разговора все больше и больше начинало появляться в лице грустно-насмешливое выражение. Участие князя к жене и на этот раз болезненно кольнуло ее в сердце: как она ни старалась это скрыть, но не могла совладать с собой и проговорила:
- Я еще тогда, как княгиня взяла только Петицкую с собою за границу, говорила, что та будет ссорить ее с Миклаковым, и даже предсказывала, что княгиня, вследствие этого, опять вернется к тебе.