— Бога не Бога, а что в свое еще спокойствие и удовольствие жить желают.
— В свое удовольствие! — повторил досадливо Эммануил Захарович и, встав, подошел к заветному шкапу.
— Сколько зе тебе? — прибавил он, вынимая оттуда не совсем спокойною рукой тысячную пачку денег.
— Всю уж пожалуйте, — отвечала, проворно подходя к нему, Иродиада и почти выхватывая у него из рук пачку и опуская ее в карман.
На лице Эммануила Захаровича опять промелькнуло какое-то неуловимое выражение.
— Я приеду! — сказал он каким-то угрожающим голосом.
— Приезжайте-с! — сказала Иродиада и пошла.
Но Эммануил Захарович опять прикликнул ее.
— Ты из насих? — спросил он ее.
— Чего-с?