Чтобы избежать давки, Евпраксия повернула на Екатерининский канал.
Бакланов едва успевал следовать за ней.
В переулке их остановила целая куча народа.
— Ваше благородие… ваше благородие! — закричал из толпы голос к Бакланову.
— Что такое тут? — спросил тот.
Толпа напирала на двух каких-то господ, из которых одного огромного мужика несколько человек держали за руки; а другой, совершенный старичишка, дрожащею и слабою рукою повертывал ему галстук, с видимою целью удавить его.
— Кто тебя научал?.. Кто?.. — говорил он.
— Что такое? — повторил еще раз Бакланов.
— Поджигатель… У старичка дом-то поджигал, — отвечал кто-то ему.
— Кто научил? — повторял, уже покраснев от бешенства, старичишка.