— Ей-богу, ты, матушка, точно какое дитя пятилетнее. Возьми ее бриллианты! Какиеe спрашиваю я. Брошку, что лиe Ведь, кажется, должна бы помнить, что в фермуаре давно бриллианты не существуют, а вместо бриллиантов вставлено чорт знает что. В прошедшем году, не позже, дело происходило. Нужно было обед дать в день твоих именин, ну и… еще были кое-какие обстоятельства… Мог и места лишиться, если бы не… Да я тебе все это излагал тогда же!..
— Ах, Мишель! Я совсем потеряла голову при этом известии… j'ai tout oublie… {Я все забыла (ред.).}
— Да еще это не все, матушка…
— Как! Неужели еще что-нибудьe Ах, как замирает сердце; говори скорей, Мишель!
M-me Тупицына сделала мину, приуготовительную к слезам.
— Донос на меня какой-то подлец сделал.
— Quelle infamie! Une delation! {Какая гнусность! Донос! (ред.).} — могла только воскликнуть генеральша.
— Одно очень важное лицо едет ревизовать губернию и преимущественно должно обратить внимание на мою часть…
— Ну что жe Разве в твоей части есть что-нибудь такоеe
Господин Тупицын махнул рукой, как бы желая выразить, что с бабами толковать, только время попусту тратить.