- Вот видите, Варвара Степановна, какая нынче молодежь пошла! - сказала Сабурова. - Татьяну Борисовну в Москве хотели оставить при институте, а она сюда попросилась.
- Это хорошо… - певуче отозвалась мать. - Хорошо, когда много на себя человек берет… Только силы свои нужно рассчитывать.
- Почему вы думаете, что у меня сил не хватит? - словно обидясь, спросила Татьяна Борисовна.
- Так мне кажется, что вы загрустили. Сомнение, думается, вас взяло, не напрасно ли приехали.
Сабурова, положив вилку, испытующе взглянула на Татьяну Борисовну. Тоня хорошо знала этот пристальный, чуть тяжеловатый взгляд Надежды Георгиевны и поняла, что слова матери как-то затронули старую учительницу.
«Может быть, в самом деле жалеешь, что приехала? Неужели я ошиблась в тебе?» - поняла Тоня взгляд Сабуровой.
И оттого, что почувствовала она чужую мысль так ясно, ей стало неловко, и сильный румянец выступил на щеках.
Когда же, справившись со смущением, она снова посмотрела на гостью, то увидела, что ее смуглое лицо тоже заалело и взгляд стал мягче.
«То-то! - с маленьким злорадством подумала Тоня. - У нас мать сквозь землю видит».
- Ну-ка, рыбки нашей извольте попробовать, - твердо перевела разговор Варвара Степановна.