- А хорошо обдумала, об чем с отцом говорить будешь? - сурово спросила Варвара Степановна, пристально глядя на дочь.
- Обдумала? Да, я хорошо обдумала… Я нынче не поеду в Москву, папа.
Выговорив эти слова, Тоня почувствовала, как щеки ее загорелись. На минуту стало легче. Самое страшное сказано.
Но Николай Сергеевич не понял.
- Ну ясно, еще не нынче, - успокоительно сказал он. - Вместе со всеми поедешь. Числа десятого экзамены начинаются у ребят… Еще недельку погуляешь.
- Нет, нет, папа, не то! Я совсем в этом году не поеду в Москву.
- Вот тебе раз! А куда же? Теперь менять уже поздно.
- Вообще не поеду. Здесь останусь. Я в этом году никуда ехать не могу… - твердила Тоня.
Голос ее звучал умоляюще. Она предчувствовала, что последует после того, как до отца дойдет смысл ее слов, и желала одного: пусть это совершится скорее.
И Николай Сергеевич наконец понял.