— Моего согласия, брат Ян, на то не будет! — прервал его Николай.
— Ты, слыхал я, снова противишься посольству к польскому королю?
— Да, и на посольство это моего согласия не даю!
Жижка развел руками:
— Вот что, брат Николай: новые советники скорей всего предложат нам диспут. Тогда прими их предложение — прошу от себя и от всей нашей, общины. Иначе что же? Вцепиться друг другу в горло?
— Да, с ними сейчас надо биться! До чего договоришься с врагами? А они — лютые враги! И зачем ты здесь, брат Ян?! Они звали тебя? Если Сигизмунд придет снова под стены Праги, вот тогда-то они позовут к себе Табор!
— Присмотрись лучше, — запротестовал Жижка. — Прага сейчас куда сильнее, чем была летом! Под нею двенадцать городов! Этими распрями мы только губим наше дело. Прошу тебя согласиться на обсуждение споров с их советниками и магистрами!
— Твое дело, брат Ян. Меня на этом диспуте не будет! Когда возьму Ржичаны, зайду на денек-другой в Прагу.
— Это зачем же? Для новых ссор?
— Зачем, спрашиваешь? Может, вместе с Яном Желивским подниму пражский народ.