Мы поехали на поезде через долину в Гленко Джанкшн, и прошли месяцы прежде, чем мы снова увидели наших старых товарищей.
На железнодорожной станции мы сели в первый идущий на север поезд, загрузили наших лошадей в один вагон, сами сели в другой, и двинулись в путь, навсегда оставляя Наталь
После трехдневной поездки с обычными задержками и остановками мы достигли Претории. Мой дядя, Ян Малдер, не примкнул к нашему отряду, потому что решил остаться с ирландской бригадой, отрядом из двухсот искателей приключений, которыми командовал американский полковник по имени Блэйк, пьяница и гуляка, привычки которого и наплевательское ко всему отношение импонировали ему, так что мы, четыре брата и Чарли, наш слуга, сформировали наш собственный отряд.
Мой отец не знал о нашем прибытии, пока мы не вошли в дверь, но когда мы сказали ему, что отправляемся в Свободное Государство, он одобрил наше намерение. Мы видели, что его состояние очень плохое — сказывались возраст и непосильные уже нагрузки. Он должен был подписать ультиматум к Великобритании, но он же и проводил ту политику, которая привела к войне, и теперь тяжелое положение на фронтах и личная ответственность за четырех сыновей ложились на его плечи. Мы провели несколько следующих дней в роскоши и комфорте домашней жизни, в последний раз насладившись ею.
Я даже впервые посетил Иоганнесбург. Город был фактически покинут; магазины были заколочены, и на улицах было почти пусто, но я помню это посещение, потому что тем днем там прогремел большой взрыв и в небо поднялся столб дыма в милю высотой. Это был взорван литейный завод Бегби, где по заказу правительства производились снаряды и боеприпасы, и было это делом рук предателей.
Приблизительно тридцать человек были убиты, но пожар был таким сильным, что мы не могли оказать никакой помощи, и должны были беспомощно наблюдать, пока огонь не погас сам.
30-ого апреля (1900) мои три брата и я, с нашим слугой Чарли, отправились в Свободное Государство. Мы знали, что британцы уже заняли Блумфонтейн и продвигались к Трансваалю, но никто не знал, как далеко зашло их наступление, или как далеко на юг можно проехать по железной дороге. Мы пересекли реку Вааль той же ночью, и, после медленной поездки по волнистым равнинам северной части Свободного Государства мы достигли маленькой станции около берегов Ветеран-Ривер к одиннадцати часам следующей ночи. Мы были теперь в пределах пятидесяти миль от Блумфонтейна, и поезд дальше не шел, поскольку машинист сказал нам, что британский авангард был уже на следующей станции по этой ветке. Услышав это, мы вывели лошадей и разбили лагерь около насыпи до рассвета, намереваясь затем поехать вперед в поисках бурских сил, которые. как мы знали, должен быть где-нибудь впереди.
Пока мы следующим утром собирались, с севера пришел другой поезд, который вез сто пятьдесят человек под командованием Малана, зяте коммандант-генерала Пита Жубера, который недавно умер. Малан собрал много молодых товарищей, которых он сформировал в летучий отряд, «Африканерский конный корпус», и им скоро предстояли сражения.
Они вышли из поезда здесь же, и мы, не теряя времени, зарегистрировались как бойцы АКК, как для краткости его называли. Среди них был мой старый однокашник Ян Жубер, сын коммандант- генерала, и другие друзья и знакомые.
Мы провели утро в подготовке, и днем отправились на юг, через Ветеран-ривер, на звук отдаленного орудийного огня, который мы могли теперь услышать, если ветер был в нашу сторону.