Темнота застигла нас на широкой равнине за рекой, где мы встретили сотни всадников, которые в беспорядке отступали. Они сказали нам, что большие массы британских войск продолжают наступать и не стоит даже думать о том, чтобы встретиться с ними в поле.
Однако мы продолжили движение до полуночи, пока не нашли место, где стоял генерал де ла Рей с Трансваальским коммандо. Мы нашли его, сидящим на корточках перед маленьким костром, это был красивый пожилой человек с ястребиным носом и колючим взглядом. Рядом с ним был его брат, днем он был ранен и держал руку на перевязи. Он описал нам ситуацию, которая выглядела очень мрачно. Британская армия, после капитуляции Кронье и занятия Блумфонтейна, теперь продвигалась на Трансвааль и, вследствие деморализованного состояния коммандос и отсутствия естественных укрытий в этой голой местности надежды остановить их практически не было.
Он сказал, что у него приблизительно четыре тысячи трансваальцев, избежавших разгрома в Паарденберге, но они деморализованы и воевать не настроены.
Коммандо Свободного Государства вообще более не существуют, хотя он полагал, что президент Стейн и Христиан де Вет пробуют реорганизовать их где-нибудь в горах на востоке страны, но в настоящее время они небоеспособны. Британцы же в нескольких милях от нас и утром, несомненно, возобновят наступление.
Поскольку АКК. был в этом заинтересован, он приказал нам проехать вперед на полчаса пути и оставаться там до рассвета, после чего мы должны были занять подходящие позиции и действовать по обстоятельствам. Мы попрощались с ним и, сев на лошадей, проехали три-четыре мили.
С тех пор как мы приехали на юг, погода стала заметно холоднее, мы заметили разницу с более теплым климатом Наталя.
В течение многих месяцев мы не провели ни одной ночи в относительном комфорте, пока не настало лето, и этой ночью мы сидели, завернувшись в одеяла, дрожа от холода до самого рассвета, поскольку уснуть при температуре ниже нуля было невозможно.
Как только рассвело, мы пришли в движение, с тревогой просматривая пространство перед нами, и скоро разглядели на равнине плотные массы английской пехоты. Впереди шла кавалерия, за ней двигалась масса пехоты, артиллерия и фургоны, поднимавшие огромные облака пыли. Мы смотрели в тревоге на продвигающуюся массу, там было около тридцати тысяч человек, при том что наши силы составляли три-четыре тысячи человек, растянутых по прерывистому фронту справа и слева от нас.
Было совершенно ясно, что задержать такую массу врагов на открытом вельде нам не под силу.
Вражеские силы приближались и скоро их разведчики были уже рядом с нами. Когда мы начали стрелять по ним, они отступили к своим, орудия были приведены в готовность и скоро над нами стала рваться шрапнель.