— Да. И на мою долю в этом романе выпала очень жалкая роль, — заметил с улыбкой Риддель.
— Вовсе нет. Всякий на вашем месте подумал бы то же, — поспешил ответить Виндгам.
За последние дни бедный мальчик пережил столько тяжелого, что он не мог придти в себя от радости, что все кончилось так благополучно. Вдруг он вспомнил, что ведь все-таки он виноват и подлежит наказанию.
— А как же быть нам с «Аквариумом»? Я бы сейчас пошел к директору, только я обещал молчать… Придется уж вам пожаловаться на меня, — обратился он к Ридделю.
— Хорошо, хорошо, там увидим, — засмеялся Риддель. — Расскажи-ка лучше, о чем ты вчера говорил с Сильком.
— Да все о том же. Я просил его вернуть мне мое слово. Сначала он не соглашался, а потом согласился за шесть фунтов, и я принял бы это условие — вот до чего я дошел, Риддель! — только у меня не было денег… В это время показались вы, я хотел убежать, а он не пустил меня — нарочно, чтобы подразнить вас. Тут я так рассердился, что уж и не помню, что я ему говорил. Кажется, если б мог, я убил бы его в ту минуту.
— Ну, слава богу, теперь ты с ним развязался… А вот и он. Кажется, сюда идет, — сказал Риддель, увидев показавшегося вдали Силька. — Уйдем, мне противно на него смотреть.
— Пойдем к реке: там теперь никого нет, — предложил Виндгам, и друзья, счастливые, как давно не бывало, направились к реке рука об руку.
Долго еще беседовали они о том, что так волновало обоих: говорили и о странном недоразумении, которое чуть было их не рассорило, говорили о Сильке и Джильксе. Виндгам рассказал, как он мучился все эти дни… Вообще в этот вечер они наговорились всласть. Риддель вспомнил, между прочим, что роковой ножик лежит у него в кармане, — достал его и отдал Виндгаму. Тот взял ножик и, ни слова не говоря, швырнул в реку. Риддель промолчал: он вполне понимал побуждение мальчика. Когда они шли назад, навстречу попались Тельсон и Парсон, направлявшиеся к купальне. При виде старшины и его предполагаемой жертвы, гуляющих под руку, крайнее недоумение изобразилось на лицах обоих мальчуганов. Впрочем, они сейчас же сообразили, что, должно быть, все уладилось, и подошли к Ридделю: они сами были взволнованы важною новостью, которой им хотелось с кем-нибудь поделиться.
— Мы прямо из парламента, — начал Тельсон. — Вот-то была история!