«Что?»

Мейер схватился за спинку своего кресла и, перегнувшись через него, уставился на Роуланда.

«Вы не будете свидетельствовать? Как это понимать?»

«Так, как я сказал; и я не вижу необходимости в объяснении вам своих мотивов, г-н Мейер».

«Мой дорогой друг», сказал страховщик, подступая с распростертыми руками к Роуланду, который попятился и, взяв за руку Миру, двинулся к двери. Мейер, опередив, закрыл их поворотом ключа и обратился к ним.

«О, майн Готт», вскрикнул он, употребляя в своей возбужденности более звучный язык своего племени. «Ну что я вам сделал? Ну зачем вы отказываете мне? Разве я не платил по счету доктора? Разве я не платил за экипаж? Разве я не вел себя с вами как джентльмен? Может нет, а? Я принял вас в своей конторе и звал вас господином Роуландом. Неужели я не был джентльменом?»

«Откройте дверь», спокойно сказал Роуланд.

«Да, откройте», повторил капитан Барри, и на его смутившееся было лицо вернулась решительность. «Откройте двери, или я выломаю их».

«Но вы, мой друг… вы слышали признание капитана — о наркотике. Один свидетель это хорошо, а два лучше. Вы присягнете, мой друг, вы не погубите меня».

«Я поддерживаю Роуланда», хмуро сказал капитан. «Так или иначе, я не помню, что я сказал; у меня скверная память. Отойдите от двери».