Она начала возиться съ замкомъ, охать и кряхтѣть.
— Чуточку терпѣнья, господинъ мэръ... когда спѣшишь — дѣло никогда не спорится... просто голова кругомъ идетъ...
Сильный ударъ ломомъ въ дверь положилъ конецъ ея разглагольствованіямъ; замокъ отскочилъ и дверь широко распахнулась въ ту самую минуту, когда Клотаръ взбирался по лѣстницѣ на чердакъ съ колдуньей на плечахъ.
— Остановитесь! крикнулъ мэръ.
— Это — колдунья! отозвался Клотаръ, продолжая поспѣшно подниматься.
Тогда мэръ, въ сопровожденіи полеваго стража и нѣсколькихъ крестьянъ, ворвался въ жилище, но Клотаръ былъ уже на чердакѣ и съ силою захлопнулъ за собою опускную дверь, за которой поднялась страшная возня.
Слышно было, какъ тяжелые предметы одинъ за другимъ падали на дверь, отнимая всякую возможность открыть ее снизу...
Напрасно старались всевозможными усиліями приподнять горизонтальную опускную дверь; по временамъ, она нѣсколько уступала, приподнималась, затѣмъ снова упадала... Притащили со двора бревно, натискъ становился все сильнѣе, нападающіе уже начинали одолѣвать, какъ вдругъ сверху раздался громкій голосъ Клотара:
— Все кончено! она получила должное...
И, собственноручно устраняя всѣ преграды, въ отверстіе приподнятой двери показался Клотаръ... Лицо его было синевато-багроваго цвѣта, глаза дико блуждали...