Женя, не отвечая, смотрела на портреты. Ей вспомнилось, что в лесу неподалеку от их партизанского отряда был отряд имени Дзержинского. Женя, конечно, знала, кто это — Феликс Эдмундович Дзержинский. Это был первый чекист, председатель Чрезвычайной комиссии, которая боролась с контрреволюцией, раскрывала заговоры врагов против советской власти. Вот кто это был. Дядя Саша рассказывал, что его называли «Железный Феликс», «Рыцарь без страха и упрека» и еще «Карающий меч революции». Он всю свою жизнь отдал борьбе за счастье народа, за светлое будущее.
А что там написано, под его портретом?
Женя подошла поближе, пригнулась.
Не знаю, почему я детей люблю так, как никого другого… и я думаю, что собственных детей я не мог бы полюбить больше, чем несобственных… Ф. ДЗЕРЖИНСКИЙ.
Женя еще раз с волнением прочитала эти слова, перевела глаза на картину в раме. И ей показалось, что товарищ Сталин ласково смотрит не только на маленькую Мамлакат, но и на нее, Женю Максимову, ободряет ее и как бы говорит: «Не бойся, Женя, все будет хорошо!»
Но Лида уже повела ее в уставленный цветами коридор.
Девочки шли мимо комнат с низкими, точно кукольными, столами и стульями.
— Это рабочие комнаты малышек, — объяснила Лида. — Они здесь готовят уроки, занимаются. Там, — она показала вглубь коридора, — их спальни, библиотека, медицинский кабинет. А мы, старшие, на втором этаже. — И Лида взбежала по скрипучей старинной лестнице.
На втором этаже оказались такие же рабочие комнаты и спальни, только вся мебель была повыше и пошире.
— Вот это наша рабочая комната. Ты тоже будешь здесь заниматься. — Лида приоткрыла дверь.