И вот теперь все ясно. Партизаны эвакуировали ребят на самолете. Тетя Паша в морозную февральскую ночь понесла больную, изможденную Зину в лес. Но не в партизанский лагерь, а к условленному месту, откуда ее должны были отправить на аэродром. Тетя Паша отдала девочку, но на обратном пути наткнулась на эсэсовцев. Ее обыскали, нашли в кармане детскую рукавичку. Стали допрашивать: «Куда шла?»
Васильевна отвечала: «Несла в лес дитё. Пускай замерзает — кормить нечем. Ребенок чужой».
Васильевна так и погибла, но не выдала тайны партизанского аэродрома. А Зина — теперь это уже совершенно ясно — была благополучно вывезена на самолете на Большую землю.
Сейчас, опять продумывая это сложное дело, которое многим казалось безнадежным, Анна Игнатьевна все больше и больше убеждалась, что идет по верному пути. Ошиблась не она — ошибается Кольцова. Сейчас Кольцова придет, и разговор с ней, несомненно, даст Анне Игнатьевне то последнее звено, которого ей все еще недоставало. «Да где же она, эта Кольцова?» Анна Игнатьевна еще несколько дней назад отправила ей открытку. Кольцова обещала приехать в Ухтомскую, даже сообщила, каким поездом. Но назначенный час давно прошел, а ее все еще нет.
В это время в дверь постучали, и вошла Надежда Антоновна:
— Извините, я опоздала! Я к вам прямо с поезда. Ой!
Надежда Антоновна не села — она провалилась в глубокое кожаное кресло и стала объяснять, что ее задержали в затоне.
— Сами понимаете, ремонт всего машинного отделения.
Выехала она из затона не вчера, как рассчитывала, а только сегодня на рассвете.
— И вот прямо к вам! Я даже в Москву не заезжала, дома не была. Маринку еще не видела!