- Пчелок жалко, - всхлипнула шишига Юлька. Она тоже рано утром на огород прибежала, - хорошие у наш пчелки были. Не будет у наш больше пчелок.
- Почему это не будет? - не понял Кузька.
- Пчелки такие всегда чиштенькие, такие нарядные, они лучше шо штыда умрут, чем в таком ужашном виде на пчелы покажутся.
- Ой, мамочки! - подпрыгнул на месте Кузька - Пчелки, милые, не стесняйтесь, пожалуйста, я смотреть на вас не буду. Ты, шишига, за водой беги да других шишиг приводи, что не самые вредные. Будем пчелок от стыда спасать.
До вечера трудились Кузька и шишиги. Каждое крылышко пчелам отмыли, каждую лапку. Пчелки высохли и передумали со стыда умирать. Только чихали еще долго от зубного порошка. Когда он в нос попадает, то от чихания никакого спасу нет.
А Кузька написал объявление - он совсем недавно азбуку освоил - и повесил на забор.
«Дорогие пчелки с недедушкиной пасеки! Предупреждаю: это не мед, а гадость какая-то. Есть и приземляться строго запрещается. Вам же хуже будет.
Домовенок Кузька».
Пчелы, правда, читать не умели, но Кузька-то об этом не знал. Как все дети, только что научившиеся читать, он думал, что если он буквы знает, то и все знать должны. Но пчелы с других пасек и так на липкие сорняки не полетели. Потому что их дедушкины пчелы предупредили.
А сорняки к вечеру завяли. Наверное, тоже от стыда. Очень неприятно быть липким и синим, когда кругом все чистые и зеленые.