* * *
- Спасибо, спасибо, - мягко захлопали цветы своими листочками, - ты спас нас!
- Да ладно уж, чего там, - совсем смутился Кузька. - Вы сами все сделали, а я только в засаде с дрыном стоял.
Дрын Кузька приготовил на тот случай, если бы его план не сработал. Душа шишиги - загадка. Он мог на ласку цветов разозлиться еще больше, тогда из своей засады выскочил бы домовенок с дрыном. Шишига понял бы, что Кузька - это не цветочек, у него и дрын, и голос в полном порядке. И убежал бы. Но к крайним мерам прибегать не пришлось. Цветы сделали все, как надо.
Раскланялся Кузька с цветами и юркнул в мышиную норку. В ту самую, в которую убежал шишига. Надо же было ему узнать, где прячется от дневного света маленький негодник!
Мышиные ходы Кузька знал прекрасно… Скоро пробежался он по всем развилкам и тупикам и вышел в новый тупик, вырытый совсем недавно.
Тихо, темно было в тупике. Да домовые в темноте лучше кошек видят, а в тишине лучше рыб слышат. Присмотрелся, прислушался Кузька и видит: лежит в самом углу маленький шишига. Умаялся. Шапочку из цветка герани за спинку спрятал, мордочкой в тряпочку замызганную зарылся, носиком посапывает, губами причмокивает, тоненькими ручками к себе большую деревянную ложку прижимает. Старая ложка, некрасивая, мышами погрызенная, в грязи вывалянная, смотреть противно. А шишига ее вроде любит.
Глава 8. ПЕРИНКА ДЛЯ ВРЕДНЮЧКИ
Анютка утром проснулась и увидела Кузьку, да не одного, а с коробочкой. В этой коробочке она хранила лоскутки разноцветные, один другого краше - и зеленые с ромашками белыми, и красные в белый горох, и шелковые голубые, совсем без рисунка, но с переливами.
- Как ты коробочку мою на кровать поднял? Она же для тебя большая и тяжелая?