— Не знаю, можетъ-быть. Добрымъ словомъ вы все изъ нея сдѣлаете, но слишкомъ круто не поступайте съ нею. Она закалитъ свое сердце, уйдетъ въ себя, какъ улитка въ свою раковину.
— Мы ее будемъ любить, она намъ нравится, сказала Александра Петровна, а Лидія молчала, но сочувствовала словамъ сестры.
— А вы? сказалъ Долинскій обращаясь къ Варварѣ Петровнѣ, — вы опекунша и она вполнѣ зависитъ отъ васъ.
Она улыбнулась и сказала полушутя, полусерьезно.
— Я не деспотъ и не тиранъ. Полюбить мою племянницу я еще не успѣла, но твердо рѣшилась исполнять неуклонно мой долгъ и взятыя мною на себя обязанности воспитательницы. Не сомнѣвайтесь въ этомъ.
Онъ раскланялся и вышелъ. Въ большой гостиной, Варвара Петровна нагнала его и остановила.
— Извините, но я бы желала знать что мы должны вамъ?
— Мнѣ? изумленно произнесъ Долинскій.
— Конечно, или лучше что должна вамъ Анна. Вы пріѣхали сюда, привезли ее. Сдѣлали ей новыя платья, бѣлье — это все большіе расходы.
— Я почиталъ ее дочерью, сказалъ Долинскій.