— Наденька! да не хочешь ли ты кофею? пирожков?
— Как тебе сказать… впрочем, я только что позавтракала. Да ты не отвиливай, скажи: любил? По глазам вижу, что любил?
— Я не понимаю, зачем ты этот разговор завела?
— Ну, вот, я так и знала, что любил! Он любил… ха-ха! Вот вы все меня дурой прославили, а я всегда прежде всех угадаю!
— Наденька! да позволь, голубушка, я тебе сонных капель дам принять!
— Ну, так. Смейся надо мной, смейся!.. А я все-таки твою тайну угадала… да!
— Позволь! говори толком: что̀ тебе нужно?
— Да… что̀ бишь? Ах да! так вот ты и описывай про любовь! Как это… ну, вообще, что̀ обыкновенно с девушками случается… Разумеется, не нужно mettre les points sur les i[223], a так… Вот мои поручики всё Зола̀ читают*, а я, признаться, раз начала и не могла… зачем?
— То есть что̀ же «зачем»?
— Зачем так уж прямо… как будто мы не поймем! Не беспокойтесь, пожалуйста! так поймем, что и понять лучше нельзя… Вот маменька-покойница тоже все думала, что я в девушках ничего не понимала, а я однажды ей вдруг все… до последней ниточки!