Здесь стоял невысокий шкаф. Это был автоматически действующий командный пункт. Основу его составлял поплавок, снабженный электрическими контактами разной длины, похожими на вязальные спицы. Некоторые из них касались поверхности ртути, налитой в особую чашку.
— Представьте себе, что нет прилива и нет отлива, — начал объяснять Геннадий Степанович. — Так было, — он посмотрел на часы, — два часа назад. Машины станции стояли. Она останавливается четыре раза в сутки. В этом ее несовершенство. Но для нас это не имеет значения — почему, это вы увидите дальше. И вот начался прилив. Как только вода двинулась из открытого океана в бухту, особая заслонка в подземном тоннеле дала сигнал сюда. Командный пункт принял этот сигнал и дал распоряжение переключить устройство, направляющее воду на лопасти турбин. Ведь перед этим вода шла в другом направлении — из бухты. Однако, куда бы ни двигалась вода — из бухты или в бухту, она все равно проходит через турбины.
Одновременно были отправлены приказания первой турбине — приготовиться к работе. Ее лопасти, стоявшие вдоль потока воды, автоматически повернулись, и она начала без рывков, постепенно набирать нужное количество оборотов. Уровень воды прибывал — и поплавок, выключая одни контакты и включая другие, отдавал все новые и новые приказания. Одна за другой вступали в действие остальные турбины, пока, наконец, не начали работать, как сейчас, все шесть. Затем, по мере спада воды, они будут так же автоматически постепенно выключаться. Видите, сама Луна производит все включения и выключения. Она, если можно так выразиться, является дежурным диспетчером этой станции.
— Конечно, — добавил Смирнов, — Луна никаких диспетчерских решений не принимает, а всю эту умную работу придумал человек.
— Кто проектировал станцию? — спросил я.
— Наш институт. А исходные данные дал Институт приливов. Мы и дальше работаем в тесном контакте.
— Но приливные станции имеют недостаток, — сказал я. — Вы сами говорили: они работают неравномерно.
— Идемте, я вам покажу, как мы в данном случае выходим из этого затруднения, — сказал Смирнов.
Он провел меня в зал, по стенам которого высоко от пола проходили толстые медные шины.
— Аккумуляторная, — сообщил Геннадий Степанович. — Наша станция отдает энергию не в сеть, а целиком расходует ее на зарядку аккумуляторов. Так что нам практически совершенно безразлично, что нагрузка станции меняется: все равно каждый добытый ампер-час складывается в эти вот копилки.