— Теперь послушаем!
Профессор надавил пальцами кучку песка, насыпанную на деревянный стол. Раздался слабый скрип.
— Поющие! — воскликнули Галя и Павлик.
Прохор Иванович вопросительно смотрел на профессора.
— Теперь проделаем другой опыт, — сказал тот невозмутимо, словно и не замечая общего волнения. — Возьмем какую–нибудь пробу из тех, что вы уже испытывали. У вас они сохранились? Дайте взглянуть! Можно эту или, если хотите, вон ту.
В отобранных пробах был песок, который Павлик пытался составить искусственно, — печальный памятник их общей неудачи: наверняка никуда негодный.
Но студенты покорно принялись за обработку проб.
Ястребов взял в руки стеклянный лист и посмотрел его на свет.
— Надо заново протереть стекло. Оно запылилось. Вы после каждого раза вытираете стекло? — обратился он к Гале.
— Непременно! — подтвердил дядя Прохор. — Когда Галя, когда я. Давайте, я вам сейчас так отдраю…