– Слышалъ я уже это! – сурово сказалъ князь. – Жаловались мнѣ ваши сосѣди, что обижаете ихъ, что воруете сѣти, ломаете амбары.
– Это не мы… Это Мергень!.. Она и у насъ все уноситъ!..
– Такъ скажи ей, что мы на нее облаву устроимъ… Вѣдь она не только воруетъ, вѣдь она заразу по всей округѣ разноситъ!.. вѣдь она хуже дикаго звѣря… И вы тутъ больше не смѣйте шляться… Въ этотъ разъ прикажу вамъ выдать лодку и сѣти, а въ другой… берегитесь!
– И корову, господинъ, прикажи… Мой скотъ, что задержалъ неправильно Петручанъ Безносый…
– Такъ онъ еще не отдалъ? Я уже ему говорилъ. Долженъ отдать… одну! Онъ говоритъ, что ты должна осталась ему за содержаніе, – и люди это подтверждаютъ, что онъ скотъ твой всю зиму кормилъ, что онъ стогъ сѣна на нихъ убилъ…
– Господи, да вѣдь я все лѣто работала… Молоко, масло отъ скота онъ все поѣлъ… Нѣтъ у людей вижу, совѣсти…
– На это, онъ сказываетъ, уговору не было… Молчи! Корову съ теленкомъ получишь… Опять скажу, чтобы не медля отослалъ, а теперь ступайте! Черезъ озеро перевезутъ васъ, сюда – ближе!
Плотный, мрачнаго вида якутъ ждалъ ихъ уже съ весломъ въ рукѣ на берегу. Тутъ же стояли двѣ лодки. Въ большую Анка положила подаренныя ей вещи, пищу, сѣти, посадила въ корму Бытерхай, а сама сѣла посрединѣ съ весломъ. Якутъ помѣстился въ свою лодку, причалилъ ихъ лодки, подвязалъ къ себѣ сзади и потащилъ ихъ. Легкая волна чуть покачивала ихъ, уходила изъ подъ весла и, казалось, толкала прочь отъ берега. Собравшіеся у воды якуты кричали имъ слова утѣшенія и сочувствія.
По мѣрѣ того, какъ солнце пригрѣвало, вѣтеръ стихалъ. Пловцы быстро скользили по прозрачной, позлащенной солнцемъ зыби. Позади блѣднѣли, туманились, исчезали зеленые берега, гдѣ росли высокія стройныя деревья, гдѣ толпились „люди“, гдѣ кипѣла жизнь, богатая и разнообразная. Анка обернулась, чтобы еще разъ взглянуть на нихъ, и увидѣла столбъ дыма, низко ползавшій вдоль берега. Это выжигали то мѣсто, гдѣ сидѣли онѣ.
Молчаливый проводникъ безъ словъ высадилъ ихъ на томъ берегу, показалъ, куда ѣхать дальше, и уплылъ. Въ виду поздняго времени онѣ рѣшили проночевать въ тайгѣ и добрались домой только на слѣдующій день въ полдень.