Но каменист и пустынен монгольский Алтай.
Итко в гостях и дома первым затягивал тоскующую песню о Чулышманских нагорьях.
В колючих монгольских ветрах рассыпались белогвардейские отряды.
Вместе с ветром подлетали белые к алтайским аилам, развьючивали выгнанных коней, выбирали из табунов лучших, резали баранов и забирали имущество получше.
Поскакало из аила в аил конное радио.
Вместе с бедой летела радость:
«Улала — Хан-Ойрот».
Как легенда докатилось до алтайцев постановление съезда горной области: «…в силу природных, экономических, бытовых условий основать из горных округов область… Название ей, считаясь с историческим прошлым алтайских племен, дать «Ойротская автономная область».
В день летнего месяца, когда Тохтыш доила хромоногую корову и кобылицу, прилетел на белом от пены коне верховой со словами:
— Наш род уходит обратно в Чулышманскую долину.