— Здоровеньки булы! — после всех выкрикнул из задних рядов уже успевший подвыпить Прийма.
В сопровождении вахмистра и станичного атамана Шаров прошел в дом Коротькова, уже подготовленный к приему почетного гостя. Пробыл он там недолго и в сопровождении льнувших к нему атаманов и прасолов вернулся на берег.
— Господа рыбаки! Сейчас начнутся торги. Сми-р-р-на! — скомандовал станичный атаман.
Толпа притихла.
Шаров стоял за столом, нетерпеливо морщась, медленно поводя головой, начальнически оглядывал рыбаков. Рядом с ним в позе телохранителя вытянулся вахмистр Крюков. С напыщенно-глупым красным лицом сутулился сбоку вахмистра тучноватый атаман Баранов. Чуть поодаль, сгрудившись в особую группу, тихо переговаривались Полякин, Коротьков, Шарапов и другие богатеи.
Упершись руками в стол, Шаров сердито крякнул, дав этим понять, что собирается сказать речь.
Люди затаили дыхание.
— Господа казаки! — властно и отрывисто заговорил Шаров. — Сейчас начнется аукционная продажа рыболовного имущества! Это имущество отобрано у рыбаков, которые осмелились переступить узаконенные границы лова и рыбалить в заповедных водах. Да-с! Заповедные воды — это места, данные нам самим богом! Они неприкосновенны. Их границы утверждены высочайшим именем. И вот находятся негодяи, которые посягают на места, освященные рескриптом самого государя! — Шаров побагровел, теряя плавность речи. — Что должно делать с имуществом подобных нарушителей?! Как поступать с ворами? С расхитителями богатств Области войска Донского? Что-с?! Беспощадно расправляться! Как с ворами! Как с преступниками! Как с расхитителями государственной казны!
Шаров тяжело дышал, пальцы его, вцепившись в стол, побелели.
— Господа! Среди присутствующих здесь рыбаков много казаков. Да-с! И не стыдно ли казаку принимать на себя кличку вора? Когда ворует хам — это ясно-с! Но когда — казак? Нет. Позор казаку, который становится вором! Позор, господа казаки!