Он вылез из промоины и неторопливым шагом дошел до берега. Еще с ночи он высмотрел оставленный в неглубокой заводи чей-то каюк и теперь смело направился к нему.
Берег все еще оставался безлюдным, только на противоположной стороне у рыбных лабазов суетились люди.
Яков Иванович влез в каюк и через минуту был на другой стороне. Перейдя железную дорогу, тем же спокойным, уверенным шагом направился он по узкому переулку в гору.
«Если встретятся теперь дроздовцы, разве узнают они, кто я?» — мелькнула дерзкая мысль.
Как всегда, Яков Иванович верил в свою находчивость, в доброе расположение к нему хуторян.
Подымаясь в гору, он встретил рыбака Афанасия Лычкова, своего соседа. Увидев председателя ревкома, Лычков даже присел от неожиданности.
— Як… Як… Яков Иванович! — заикаясь, залепетал он. — Господи сусе!.. Живого вижу чи мертвого?..
Яков Иванович таинственно подмигнул, оглянулся, поднял палец, пошутил:
— Раньше Иисуса Христа воскрес. Христос завтра воскреснет, а я — нынче. Не пугайся, Афоня.
— Яков Иванович, — испуганно бормотал Лычков, — да чи ты в уме? Дроздовцы в хуторе… Метись отсюдова, а то нарвешься.