— Я ничего не знаю, господин Крафт, кроме того, что…
Фрейлейн Эмма прикрыла глаза длинными ресницами из риммеля.
Толстяк густо покраснел и сунул в рот, спрятанную было при входе, сигару.
Еремкин, выдвиженец, замдиректора госторга, сердито стукнул кулаком по столу:
— Без волынки, товарищи. Нужно понимать момент. Песцы нам нужны, как никогда. Обстановка исключительно благоприятная. Мы имеем возможность покрыть этой пушниной весь наш валютный прорыв по машинно-импортному плану.
— Это не так просто, товарищ Еремкин, — степенно ответил худой длинный старик, — мы делаем все возможное. Но пройдет время, прежде чем мы сможем перебросить нужную партию в Германию.
— Нужно сократить это время вдвое, — безапелляционно заявил Еремкин.
Когда худой старик ушел из кабинета, Еремкин торопливо выпил стакан простывшего чая, заел его бутербродом с сухой дряблой кетой.
Подумав, повертел автомат и крикнул кому-то в трубку:
— …ладно. Я уверен, что мы эту дыру заткнем.