– И тогда не скажу, – отвѣчалъ Гансъ тихо, но рѣшительно.
– Другъ мой! – произнесла герцогиня, сложивъ руки съ умоляющимъ видомъ.
– Хорошо, – сказалъ герцогъ, въ такомъ случаѣ я самъ покажу тебѣ твоего оленя.
Онъ отворилъ дверь въ сосѣднюю комнату.
– Войди сюда! – позвалъ онъ дѣвушку.
Грета вошла въ кабинѣтъ.
– Гансъ, – вскрикнула она, – мой Гансъ!
Она хотѣла броситься къ нему на шею, но вдругъ остановилась и, обратясь къ герцогинѣ, упала къ ея ногамъ и покрыла слезами и поцѣлуями страстной благодарности ея руки и платье.
Гансъ не шевелился. Когда вошла Грета, онъ обратилъ только глаза въ лѣвую сторону, но его широкая грудь такъ тяжело подымалась и опускалась, какъ будто желѣзный обручъ сжималъ ее. Онъ дрожалъ всѣмъ тѣломъ; дитя могло бы осилить теперь этого богатыря.
Герцогиня подняла дѣвушку.