В Хусте я снял форму и надел гражданский костюм.
И. В., член нашей карпатской компартии, с десятилетним стажем, встретил меня как то вяло.
— Как ты думаешь, к чему все это приведет?
— К коммунизму…
— Нет, это чорт знает, что такое. Свободы — никакой, жизни — никакой. Я, Никола, зря подставлял опину под нагайки чешских полицейских. Зря, ей Богу, зря. Во время господства Чехословакии была свобода и была жизнь. Плохо жил только тот, кто не хотел работать… Теперь же работаешь… эх, что и говорить, промахнулись мы.
— Глупости! Мы не промахнулись. Все будет хорошо, дай только срок.
Нет, до тех пор, пока будут у власти большевики, никогда не будет хорошо. Я три года работал в шахтах Бельгии. Если бы мне удалось теперь попасть туда, я был бы самым счастливым человеком.
* * *
В Ужгород я попал 25 июля, в 8 часов утра. Около здания Народной Рады Закарпатской Украины встретил Василия П.
— Ты здесь работаешь? — спросил я его.