— Вы можете получить специальное разрешение от архиепископа Кентерберийского, но это будет стоить около шестидесяти фунтов.
— И тогда мы сможем повенчаться сегодня?
— Тогда вы сможете повенчаться через двадцать четыре часа.
— Это очень неудобно. Мы уезжаем.
— Весьма сожалею, сэр, но таков английский закон.
Ланни и старый джентльмен обменялись взаимными сожалениями, затем Ланни и его спутница снова сели в автомобиль и поехали.
II
— Может быть, он хотел заработать на нас, — заметила Ирма. — И поэтому не указал еще какой-нибудь выход.
— У моего отца есть в Лондоне постоянный поверенный, — ответил жених. — Я обращусь за советом к нему в контору.
Он отыскал телефонную будку и сейчас же связался с мистером Гарольдом Стаффордом, совладельцем конторы «Стаффорд и Уортингэм». Ланни не раз завтракал с ним, когда бывал с отцом в Лондоне, и теперь, разговаривая по телефону, он живо представлял себе этого высокого, худого джентльмена, суховатого, мыслившего необычайно точно и говорившего необычайно мало. Ланни знал, что этого джентльмена не провести и нужно говорить начистоту. Он сказал: