- Что это значит, милочка?- обратилась она к собеседнице Седрика.- Так-то ты платишь мне за мою доброту, за то, что я позволила тебе выйти из темницы? Святого человека довела до того, что он начал ругаться, чтобы избавиться от приставаний еврейки!
- Еврейки!- воскликнул Седрик,придираясь к случаю, чтобы как-нибудь улизнуть от обеих. - Дай мне пройти, женщина! Не задерживай меня. Я только что исполнил святой долг и не хочу оскверняться.
- Иди сюда,отец мой,- сказала старуха.- Ты не здешний и без провожатого не выберешься из замка.Поди сюда, мне хочется с тобой поговорить. А ты, дочь проклятого племени, ступай к больному и ухаживай за ним, пока я не ворочусь. И горе тебе, если осмелишься ещё раз уйти оттуда без моего разрешения!
Ревекка скрылась.Урфрида,уступая её мольбам, позволила ей уйти из башни, а затем приставила её ухаживать за раненым Айвенго. Ревекка хорошо понимала, какая опасность угрожает пленным,и не упускала ни малейшего случая что- нибудь сделать для их спасения.Услышав от Урфриды,что в этот безбожный замок попал священник, она надеялась на его защиту заключённых. Для этого она и поджидала в коридоре мнимого монаха. Но мы видели, что попытка её кончилась неудачей.
Глава XXVII
«Во всём, что ты б сказать могла,
Должны быть грех, печаль и стыд.
Известны все твои дела…
Но что ж преступница молчит?»
«Я стала жертвой новых бед -
От них душа ещё мрачней;
А у меня и друга нет-
Кто б мог внимать тоске моей;
Но выслушай - и дай ответ
На исповедь моих страстей».
Когда Урфрида криками и угрозами прогнала Ревекку обратно в комнату больного,она насильно потащила за собой Седрика в отдельную каморку и, войдя туда, крепко заперла дверь. После этого она достала с полки флягу с вином и два стакана, поставила их на стол и сказала скорее тоном утверждения, чем вопроса:
- Ты сакс, отец мой?- заметив, что Седрик не торопится с ответом, она продолжала:- Не спорь, не спорь. Звуки родного языка сладки для моих ушей, хотя и редко я их слышу, разве только из уст жалких и приниженных рабов, на которых гордые норманны возлагают лишь самую чёрную работу в этом доме. А ты сакс,отец,и хотя служитель божий, а всё-таки свободный человек. Приятно мне слушать твою речь.
- Разве священники из саков не заходят сюда?-спросил Седрик.- Мне кажется, их долг - утешать отверженных и угнетённых детей нашей земли.
- Нет, не заходят,- отвечала Урфрида, - а если и заходят, то предпочитают пировать за столом своих завоевателей,а не слушать жалобы своих земляков.Так по крайней мере говорят о них, сама-то я мало кого вижу. Вот уже десять лет, как в этом замке не бывало ни одного священника, исключая того распутного норманна, который был здесь капелланом и по ночам пьянствовал вместе с Реджинальдом Фрон де Бефом.Но и он давно отправился на тот свет давать богу отчёт в своей пастырской деятельности. А ты сакс, да ещё саксонский священник, и мне нужно задать тебе один вопрос.